Нет смысла описывать первые дни жизни Виктории на этой грешной земле - как и полагается всем новорожденным, она проводила их за высасыванием молока из утробы своей матери, слабой борьбой за сосок со своими братьями и сестрами, а так же постепенным освобождением от слепоты, которое выражалось во все более осмысленном задевании окружающих предметов мягкой розовой пяткой, не огрубевшей еще от постоянного соприкосновения с жестким ворсом ковра на полу.

Трудно сказать, выделяли ли как-то Викторию в том доме, где она была рождена. Мать вылизывала свое дитя столь же тщательно, сколь и остальных, хозяева же Кузины, люди к сантиментам не склонные, вообще не обращали особого внимания на прирожденную Королеву. Однако скоро положение изменилось, и в один прекрасный день через несколько месяцев после рождения за Викторией пришли люди персональной свиты Её Величества и навсегда забрали свою Королеву из дома, где она была рождена.

Детство

Итак, в трехмесячном возрасте Королева Виктория вступила в свои права. Бразды её правления простирались на территорию, состоящую из двух зал, одной кухни, туалета и ванной, а так же длинного коридора, в котором заняли достойное место Лоток Её Величества и Домик для уединения. Если с первым предметом все ясно, предназначение второго следует несколько "расшифровать". Домик Виктории представляет собой продолговатую (обувную) коробку, устланную изнутри мягкой тканью, на которой столь удобно возлежать после обеда. По негласному правилу, ни один из членов королевской свиты не имеет права тревожить свою Королеву в момент, когда она находится в Домике. Надо признать, по младости лет Её Величество пользовалась такой привилегией особенно часто, и, изволив пошалить, занимала позицию в Домике, укладывалась на самое дно и с явным удовольствием слушала крики своих домочадцев: "А где у нас Ви-и-ика?".

К сожалению, с годами Королевский Домик перестал исполнять свое предназначение: изволив вырасти и располнеть, Виктория уже не могла вольготно возлежать в своем пристанище. Тем не менее, старый друг детства до сих пор занимает почетное место в коридоре, только теперь его недра служат для укрывания излишков пищи, не съеденной Королевой за обедом, завтраком или ужином.

Юность

Молодые годы Её Величества по ужасающему недосмотру свиты неоднократно омрачались самой настоящей ссылкой. Каждый год с наступлением лета, как только у домочадцев Королевы появлялось преступное желание выехать из Дворца на природу, Викторию самым неподобающим образом запихивали в отвратительную сумку, (её запах снился Вике в страшных кошмарах) и выносили на улицу, полную страшных опасностей. После удручающе долгой (10-15 минут) дороги Виктория оказывалась на месте своего двухнедельного заточения - в доме у Бабушки.

По абсолютно непонятной Вике причине, Бабушка вовсе не желала воздавать Королеве должных почестей. Более того, в ранней юности она подняла на Викторию веник (ударить, правда, не успела), после чего на всю свою жизнь, вопреки всем законам о короткой кошачьей памяти, Вика возненавидела и веник, и Бабушку. В отношении них она держала настороженный нейтралитет, не позволяя приближаться к себе ближе, чем на пару шагов (взмахов веника).

Впрочем, даже пребывание в ссылке не помешало Королеве однажды прославиться среди узкого круга своих приближенных. Во время ремонта во Дворце, пребывая в гостях,… то есть в ссылке! у Бабушки, Вика ПОЙМАЛА МЫШЬ!!!

Злые языки, конечно, возразят, что в подвиге такого рода нет ничего героического, поскольку через пару дней точно такую же мышь, точнее, глупого мышонка, поймала практически голыми руками и сама Бабушка. Однако факт остается фактом: Её Величество проявила недюжинную смекалку, находчивость и ловкость. Ещё бы! Ведь к ней, прямо в царственные пятки, бежала по ковру замечательная игрушка, на свою беду заплутавшая в Бабушкиной квартире. Навалившись на игрушку всеми своими королевскими тремя килограммами, Вика прижала мышь передними пятками, после чего отпустила. Мышь отбежала, - безусловно, затем, чтобы продолжить понравившуюся Королеве забаву. Таким образом они развлекались минут пять, после чего случилось досадное недоразумение - после очередного Викиного наваливания мышь прилегла на ковер и дальше играть отказалась. Подождав для приличия пару минут, Виктория решила подбодрить "коллегу": подошла к мыши, приподняла её пятками и отбросила в сторону - мол, давай, беги!

(ремарка летописца: наблюдавшая эту сцену Бабушка, по её словам, не знала, что и делать - плакать или смеяться…)

Расцвет

В данный момент, на пороге своего десятилетия, Королева Виктория находится в самом расцвете сил. Гурманские пристрастия Её Величества с годами только усилились: с особым удовольствием Вика изволит отужинать белым куриным мясцом, закусив предварительно горсткой консервированной кукурузы. На десерт допускается (в малых количествах) и мороженое. Так же благосклонно принимаются в пищу сырая печенка, рыба, сосиски-сардельки, котлетки говяжьи и тому подобные вкусности со стола Кормящих.

Кормящими являются все члены свиты Королевы. Особо выделяется из них Её Величеством самый старший кормящий по имени Папа. После сытного ужина Королева позволяет Папе даже поднять себя на руки, и оглядывает окружающих с высоты Папиных рук весьма снисходительно и гордо. Всем остальным членам свиты взятие на руки, поглаживание боков и подобные вольности разрешаются только в особые периоды. В такие дни Вика сбрасывает с себя королевское обличье и катается по ковру, как самая обычная простолюдинка. Она заводит с окружающими продолжительные философские беседы, и искренне изумляется, когда на ночь её запирают на кухне.

К сожалению, Жених Её Величества, соседский Рыжухин, не может в полной мере удовлетворить всех Викиных притязаний, поскольку является давно и безнадежно кастрированным. Впрочем, это не мешает ему созерцать предмет своей страсти, сидя летом на краешке балкона. Как и подобает всякой леди, на такие ухаживания Вика и хвостом не ведёт, делая вид, что попросту не замечает ухажера. Что ж… Королевское положение ко многому обязывает!